USIM,eSIM없는 2026년 러시아, 우주항공센터

Центр «Космонавтика И Авиация»

2026년 모스크바 우주항공센터에서 탐험가 김현국

2026년 러시아 모스크바 우주항공 센터

2026년 1월 18일, 모스크바

러시아에서의 모든 일정을 마치는 마지막 날, 나는 베데엔하(ВДНХ)의 우주항공센터를 찾았다.

베데엔하 지하철역 출구로 나오자마자 하늘로 솟구치는 로켓 형상의 거대한 조형물이 시야를 압도한다. 그 중앙에는 러시아 우주개척의 아버지, 콘스탄틴 치올콥스키의 동상이 서 있다. 이 조형물 전체를 떠받치고 있는 건물이 바로 우주박물관이다. 그리고 내가 들어선 곳은, 그 맞은편에 위치한 또 하나의 우주 관련 공간, 우주항공센터였다.

이곳은 내게 처음이 아니다.

2014년, 유라시아 대륙 횡단을 마치고 육로로 귀환하던 길에 러시아 바이커 니키타와 함께 이곳을 찾은 적이 있다. 베데엔하는 15개 공화국으로 이루어졌던 소련의 위용을 지금도 생생하게 느낄 수 있는 장소다. 자기 조국에 대한 자부심이 강한 러시아인들에게 이곳은 일종의 성지에 가깝다.

니키타는 지금 러시아의 영외 영토인 칼리닌그라드에 살고 있다.

모스크바 국제관계대학(MGIMO) 법학과를 졸업하고, 러시아와 중국의 게임회사에서 일하며 경제적 안정을 이룬 뒤 고향으로 돌아갔다. 그러나 얼마 전, 역기를 들다 뇌경색으로 쓰러졌고 현재는 재활치료 중이다.

그는 어린 시절, 아버지와 함께 베데엔하에 오면 꼭 들르던 도넛 가게가 있었다고 했다. 이번에는 내가 혼자 그곳을 찾아 도넛(Пончики)을 사고 사진을 찍어 그의 인스타그램으로 보내주었다. 일찍 세상을 떠난 아버지에 대한 그의 깊은 향수가 고스란히 남아 있는 장소였다.

우주항공센터는 말로 다 표현하기 어렵다.

하나의 우주선을 만들기 위해 얼마나 많은 부품이 필요할까. 그 하나하나는 또 얼마나 많은 반복 실험을 거쳤을까. 전시장 곳곳에 놓인 수많은 구조물과 기록들은 ‘우주’보다도 오히려 ‘인간’의 집요함과 세밀함을 증명하고 있었다. 규모 또한 압도적이었다.

오늘 모스크바의 기온은 영하 15도.

춥지만 하늘은 맑다.

요즘 러시아에서 여행자가 자신의 스마트폰에서 인터넷을 연결하는 일은 쉽지 않다. 체류 기간이 짧거나 러시아어에 익숙하지 않다면 심카드 구매는 거의 불가능에 가깝다. 나는 메가폰 매장에서 복잡한 절차를 듣다 포기하고, 결국 빌라인 매장에서 비교적 유연한 직원 덕분에 eSIM을 구입했다. 번호 없는 데이터 전용 회선이었고, 연결도 불안정하고 소모도 빨랐다. 이제 러시아를 찾는 여행자들은 당분간 ‘인터넷이 없는 여정’을 감당해야 할 것 같다.

내일, 나는 한국으로 돌아간다.

지난 일주일 동안 러시아 현지 기자 미하일과 만나 식사하고 산책했다. 러시아 탐험가들과는 북극해 항로와 북극권 횡단에 대해 이야기를 나눴다. 러시아 지리학회 가입도 결정했다. 느리겠지만, 길은 이어질 것이다.

모스크바에 머무는 동안 ‘관계’에 대해 자주 생각했다.

모스크바 지하철은 깊다. 긴 에스컬레이터 위에서, 객차 안에서, 정말 다양한 얼굴을 만난다. 각양각색의 사람들. 나 역시 그들의 눈에는 낯선 이방인일 것이다. 대륙 국가, 강대국의 특징은 다양성이다. 서로 다름을 어떻게 포용하고 조절하느냐가 결국 성장의 핵심처럼 느껴진다. 바로 이런 사람들이 모여 우주선을 만들고, 우주를 개척했을 것이다.

나는 모스크바에서 지하철을 탈 때 거의 매번 검문을 받는다. 전쟁 전에도 그랬다. 기분 좋은 일은 아니다. 왜 나만, 이런 생각이 들 때도 있다.

그러나 어제, 숙소로 돌아오는 눈길에서 나는 작은 목소리로 찬송가와 내 노래를 번갈아 불렀다. 뒤따라오던 젊은이가 “듣기 좋다”며 말을 걸어왔다. 밝고 환한 얼굴. 그 짧은 순간이 유난히 오래 남았다.

고향에서도 이방인처럼 외로울 수 있고, 외국에서 오히려 위로를 받을 수도 있다. 가진 자나 배우지 못한 자나, 결국 시간과 삶 앞에서는 모두 공평하다.

우주개척의 현장을 걷고, 다른 탐험가들과 대화하고, 기자를 만나고, 바이커 친구를 떠올리고, 지하철을 타고, 눈길을 걸어 숙소로 돌아오는 이 모든 과정 속에서 문득 묻게 된다.

‘이게 무엇일까.’

아마도 이것은,

경계 밖으로 나가는 사람들의 호흡이고,

길 위에서 서로를 확인하는 인간의 방식이며,

우주보다 먼저 서로에게 닿고자 하는 본능일 것이다.

나는 바란다.

새로운 일에 도전하고, 경계 밖에서 길을 개척하는 사람들이

조금 더 힘을 얻을 수 있는 사회가 되기를.

그리고 몸과 마음이 위축되어 있을 니키타를 잘 돌봐야겠다고 생각한다.

나보다 열여덟 살이나 젊은 친구.

한때는 국가의 핵심 인재를 길러내는 학교를 나왔고,

지금은 다시 몸을 일으켜야 하는 한 인간이다.

우주항공센터 카페에서 배터리를 충전하며 이 글을 쓴다.

우주를 올려다보는 날에, 나는 오히려 인간을 더 깊이 생각하게 된다.

2026년 1월 18일, 모스크바

베데엔하 우주항공센터에서

**

На ВДНХ. Размышляя о космосе и человеке

18 января 2026 года, Москва

В последний день моего пребывания в России, завершив все запланированные дела, я отправился в Центр космонавтики на ВДНХ.

Стоит выйти из метро «ВДНХ», как взгляд сразу упирается в гигантскую скульптуру ракеты, устремлённой в небо. В самом её центре — памятник Константину Циолковскому, которого в России считают отцом освоения космоса. Здание, поддерживающее эту грандиозную композицию, — это Музей космонавтики.

А место, куда направился я, — ещё одно пространство, связанное с космосом, расположенное здесь же, на ВДНХ: Центр космонавтики.

Это было не первое моё посещение.

В 2014 году, возвращаясь сухопутным путём после пересечения Евразийского континента, я уже бывал здесь вместе с российским байкером Никитой.

ВДНХ и сегодня позволяет в полной мере почувствовать масштаб и мощь Советского Союза, состоявшего из пятнадцати республик. Для россиян, гордящихся своей страной, это место во многом сродни святыне.

Сейчас Никита живёт в Калининграде — российском эксклаве.

Он окончил юридический факультет МГИМО, работал в российских и китайских игровых компаниях, добился финансовой стабильности и вернулся на родину.

Однако недавно, чрезмерно увлёкшись тяжёлой атлетикой, он перенёс инсульт и сейчас проходит реабилитацию.

Он рассказывал, что в детстве, когда приходил сюда с отцом, они обязательно заходили в одну пончиковую. В этот раз я пошёл туда один, купил пончики (Пончики), сделал фотографию и отправил ему в Instagram. Это было место, где особенно остро ощущалась его глубокая тоска по отцу, рано ушедшему из жизни.

Центр космонавтики трудно описать словами.

Сколько деталей требуется, чтобы создать один космический корабль? И сколько бесчисленных экспериментов прошло каждое из этих устройств?

Многочисленные конструкции и архивные материалы, заполняющие пространство выставок, свидетельствуют скорее не о космосе, а о настойчивости и скрупулёзности человека. Масштаб этого места поистине ошеломляет.

Сегодня в Москве около минус пятнадцати.

Холодно, но небо ясное.

В последнее время в России путешественнику нелегко подключить интернет на своём смартфоне. Если срок пребывания короткий или ты не владеешь русским языком, покупка SIM-карты почти невозможна. Я выслушал длинное объяснение процедур в салоне «Мегафона», устал и ушёл, а затем, благодаря более гибкому сотруднику в офисе «Билайна», смог приобрести eSIM. Это была линия только для передачи данных, без номера, соединение нестабильное, а трафик расходовался очень быстро. Похоже, что в ближайшее время путешественникам по России придётся мириться с «путешествием без интернета».

Завтра я возвращаюсь в Корею.

За последнюю неделю я встречался с российским журналистом Михаилом Панюковым, мы вместе обедали и гуляли. С российскими исследователями мы говорили о Северо-Восточном морском пути и арктических экспедициях. Я также подробно узнал о процедуре вступления в Русское географическое общество. Это займёт некоторое время, но вступление в члены, похоже, вполне осуществимо.

Живя в Москве, я часто думал об отношениях между людьми.

Московское метро известно своей глубиной. На длинных эскалаторах, в вагонах поездов я постоянно вижу бесконечное разнообразие лиц. Самые разные люди. И я, несомненно, тоже выгляжу в их глазах странным чужаком.

Характерная черта континентальных держав и великих стран — разнообразие. То, как общество принимает различия и учится их согласовывать, кажется мне ключом к развитию.

Именно такие люди, собранные вместе, и создавали космические корабли, и выходили в космос.

В Москве меня почти каждый раз проверяют на входе в метро. Это неприятно. Иногда невольно думаешь: «Почему всегда я?»

Но вчера, возвращаясь по заснеженной дороге к месту, где я живу, я тихо напевал псалом и одну из своих песен. Молодой человек, шедший позади, сказал, что ему нравится, как это звучит. Его светлое, открытое лицо почему-то запомнилось особенно надолго.

Можно чувствовать себя чужим даже на родине, и, наоборот, обрести утешение в другой стране. Богатые и бедные, образованные и необразованные — перед временем и жизнью все в итоге равны.

Идя по местам освоения космоса, разговаривая с исследователями, встречаясь с местным журналистом, вспоминая друга-байкера, спускаясь в метро и возвращаясь по снегу в своё жильё, я вдруг снова и снова задаю себе вопрос:

«Что всё это значит?»

Наверное, это и есть дыхание людей, выходящих за пределы привычных границ,

способ, которым человек подтверждает человека на дороге,

инстинкт прикоснуться прежде всего не к космосу, а друг к другу.

Я надеюсь,

что мы будем жить в обществе, где люди, бросающие вызов новому и прокладывающие пути за границами привычного, смогут получать больше поддержки.

И я думаю о Никите — о том, что должен заботиться о нём.

Он на восемнадцать лет моложе меня.

Когда-то окончил вуз, известный подготовкой кадров для высших государственных постов.

А теперь он просто человек, которому нужно снова поднимать своё тело и свою жизнь.

Я пишу эти строки в кафе Центра космонавтики, заряжая батарею.

В день, когда смотришь на космос, я почему-то ещё глубже начинаю думать о человеке.

18 января 2026 года, Москва

Центр космонавтики на ВДНХ

⸻

Сила освоения космоса рождается не из технологий,

а из процесса, в котором разные люди устанавливают связи и выходят за границы.

Идти по дороге — значит в конечном счёте сначала дотянуться до человека,

а уже потом — до космоса.